АЗиЯ-плюс

Из прессы

|| Главная | Из прессы >

"Ускользающая песня города". Отрывок из статьи Марианны Николиной (журнал "Женский Петербург", апрель 2007 г.)

Татьяна Алёшина (журнал "Театральный Петербург", №3, 2006, беседа Марины Бариновой)

Манана Менабде «У каждого свой сад…» Наталья Савельева, журнал "Люди и песни" №3, 2005 г.

"Отношение к слову" Ю. Неменова, "Буквоед-ревю", май 2005

День памяти Николая Гумилёва. КТО ТАКИЕ АЗИЯТЫ. "Аргументы и факты", 19.08.04

Басин М. Охотник и поэт // Вести (Израиль) 09.09.1999

"Дивы Евразии". Дружественный фестиваль этнической культуры". П. Знаменый, "Литературная газета" №10 (17-23 марта 2004 г.)

"Полёт в песню. Полёт песни" Кутьёва Л.В. Электронный журнал "Образование: исследовано в мире". 15.07.03

"Манана Менабде: Очень важно иметь свой голос" Анатолий Гуницкий, газета "Вечерний Петербург", 21 февраля 2001 г.

"Николай Якимов. Z (зет). Ахвеллоу. АЗиЯ-плюс", GEORGE, «Этажерка», приложение к газете «Вечерний Петербург», 2002

Пресс-конференция, посвящённая 10-летию Творческого союза "АЗиЯ" с участием А.Деревягина, Е. Фроловой, Т. Алёшиной, Н. Якимова и Е.А. Камбуровой. Санкт-Петербург, 4 апреля 2003 г. (1 часть)

НИКОЛАЙ ЯКИМОВ – Первый раз мы так сидим, да? Так близко, лицо в лицо (смеется). «Доброе утро» - надо сказать? Доброе, позднее утро…в Санкт-Петербурге. Я скажу буквально два слова о поводе, по которому мы собрались. Значит, повод у нас такой – десятилетие творческого союза «АЗиЯ». Правда, десять лет нам исполнилось месяц назад, ровно месяц назад плюс один день, но мы не могли собраться все вместе в этот день. И сегодня … четверо из нас с поезда…, а ( смеется) пятая встречала всех нас, тоже не спала. Поэтому всем доброе утро. И я хотел бы представить сидящих здесь (реплика из зала: «зрителей») зрителей (общий смех). Я не знаю, как сказать – артистов что ли?

ЕЛЕНА КАМБУРОВА – Личностей!

Н.ЯКИМОВ – Личностей, да. Я начну с мужчин (смеется). Значит, тот, кто не говорит, мужчина сидящий, – это Александр Деревягин, живущий в Москве. Автор песен, театральный композитор и звукорежиссер. А говорящий, – это Николай Якимов, … (смеется) театральный композитор, автор песен, звукорежиссер…да-а… Слева от вас – театральный композитор, автор песен и сегодня звукорежиссер…
ТАТЬЯНА АЛЁШИНА – Это уже не из мужчин.

Н.ЯКИМОВ – Это не из мужчин, да, … сегодня звукорежиссер -Татьяна Алёшина.
А рядом со мной, я бы , наверное все-таки сказал: «Певица, композитор, поэт, автор песен» – Елена Фролова. Тоже связанная с театром. И, наконец, всеми нами любимая и уважаемая, которая…, ну это чуть попозже (общий громкий смех)…
ЕЛЕНА КАМБУРОВА – Большой любитель животных.

Н.ЯКИМОВ – народная артистка Елена Камбурова (аплодисменты).
Регламент всем понятен, я думаю, сейчас вот такая официальная часть, а потом тесное общение в соседней комнате, если кто пожелает. И, чтобы перейти к следующему пункту, более подробно рассказать друг о друге, я бы хотел предварить этот пункт такими словами: «Любимая наша форма, я имею ввиду творческий союз «АЗиЯ», – это сэйшн. Сэйшн в том плане, что мы импровизируем ситуацию на сцене… Это любимая форма, я повторяю, что мы не всегда ею пользуемся, и даже не знаем – что будет завтра и послезавтра. Но любимая форма –это как раз импровизация не только вариаций на тему, но и самой темы. Когда мы выходим на сцену, мы не знаем, с какой темы мы начнем. И поэтому сейчас мы решили построить рассказ более подробный о сидящих здесь людях тоже по принципу сэйшна. Сейчас я возьму эти наши портретики, которые нарисовала замечательный петербургский художник Аля Тимонина, которая здесь почему-то не присутствует… Наверное, у нее какая-нибудь выставка, да? (реплика из зала «детский сад») А, детский сад (смеется)…
Мы их вытащим, и кому какой портрет попадет, тот о том и будет рассказывать.
Елена Антоновна, извините, здесь только четыре…
Елена Камбурова перемешивает открытки с портретами и предлагает их вытянуть Татьяне Алёшиной. Т.А. вытягивает портрет Елены Фроловой

ЕЛЕНА КАМБУРОВА – Расскажи о себе…
Н.ЯКИМОВ – Это Елена Фролова.
ЕЛЕНА КАМБУРОВА –– А, да, без очков! (общий смех)
Н.ЯКИМОВ – Татьяна Алёшина сейчас расскажет нам о Елене Фроловой.
Т.АЛЁШИНА предлагает тем временем вытянуть всех остальных
Н.ЯКИМОВ – Тем временем? Ну, давайте.
Елена Фролова вытягивает портрет Татьяны Алёшиной
Н.ЯКИМОВ (смеясь) Ну вот, видите как - девочка о девочке…
Тем временем Александр Деревягин выбирает портрет Николая Якимова
(Общий смех в зале, реплики «подстроено, подстроено»)

ТАТЬЯНА АЛЁШИНА – Елену Фролову я услышала первый раз в жизни по радио «Ала». Было такое радио, где совершенно без всяких реклам, что мне очень нравилось, по-моему, круглосуточно транслировали авторскую песню, причем очень странную… Там были такие сложные тексты…я никого там не знала... из того, какие песни звучали… И сразу же обратила внимание… прозвучала песня «О, прислушайтесь» на стихи Верлена, песня Елены Фроловой … И я сразу запомнила эту фамилию, потом на этом же радио услышала уже дуэт ВЕРЛЕН – Елена Фролова и Вера Евушкина. И просто, для себя определила, как какой-то родственный для меня мир, и причем еще, по ощущению, родственный мир Елене Камбуровой.

ЕЛЕНА КАМБУРОВА – Я вообще думала, что я вас познакомила…

Т.АЛЁШИНА – Нет. Я услышала это… и для себя где-то так отложила… и дальше начала следить. Состоялся фестиваль…

Н.ЯКИМОВ – Ты еще и следователь?

Т.АЛЁШИНА – Да…Я никогда, честно говоря, не была на фестивалях авторской песни, и вот, в зале у Финляндского вокзала, в 90-м или 91-м году, я не помню, был первый фестиваль авторской песни, и там, в самом конце этого концерта как раз дуэт ВЕРЛЕН – Елена Фролова и Вера Евушкина. Минут двадцать, показывали свою программу…Вот, и во время этого концерта… мы и познакомились. В антракте между отделениями, я не помню… Я не знала, как мне познакомиться с Фроловой… как я подойду, скажу «здравствуйте»… И вдруг она ко мне кидается и говорит: «Здравствуйте, вы Татьяна Алёшина?» Я говорю: «Да.»

Н. ЯКИМОВ – Футболку, наверное, ты носила с надписью «Алёшина»… (общий смех)
Т.АЛЁШИНА – Нет (смеясь). Ну вот. И я была удивлена этим концертом… Я думала, что… когда я слышала на радио этот дуэт, я как-то все солидные, умудренные опытом песни относила… что, наверное, это поет Вера Евушкина. А на концерте оказалось наоборот – у Веры были очень светлые прозрачные песни высоким голосом, а всё такое философское и мощное, и энергетическое, как раз это было у Елены Фроловой. Вот, ну а потом просто нас судьба свела, получается. Лена стала меня выдергивать на сцену петь и Коля тоже… И мы как-то постепенно стали закручиваться в одну такую вот компанию. И вот теперь вместе… Можно еще рассказывать очень много…

Н.ЯКИМОВ – Там на самом деле написано всё, официально, можно прочитать, да?

ЕЛЕНА ФРОЛОВА – Ну продолжение очень интересное…такое … Рассказ… Всегда очень интересное о себе узнаешь… Это приятный момент жизни, потому что… на самом деле, Лена сказала, что она нас познакомила с Таней… так оно и было. Хотя это было не формально, но моя история знакомства с Таней такова... Как-то так получилось, что, приходя в гости к Елене Антоновне, где-то на видном месте у нее лежала определенная кассета, и там было написано... имя и фамилия человека... и как-то так получалось, что она была в обозримом пространстве, и мой взгляд постоянно туда натыкался… Лежала она довольно долго, месяц, два, я не знаю… Я все время приходила, - эта кассета лежит, и все время эта фамилия… имя, фамилия. Просто видела в этом пространстве… ну и как-то никак не реагировала. Просто мой взгляд упирался в какую-то кассету, которая лежит на видном месте. Вот.. А как-то позвонил Саша Деревягин из Челябинска и сказал, что он сделала для себя совершенно какое-то сумасшедшее открытие, что к ним в театр приехал композитор ... писать музыку для их спектакля, и что эта некая особа, которая его потрясла, помимо самой музыки, она еще и песни поёт, и очень интересные... И он хочет со мной немедленно поделиться этим открытием… и называет – Татьяна Алёшина. И каким-то таким причудливым образом.. я думаю: «Я же видела, я же знаю это имя и фамилию… Вспомнила вдруг эту кассету, которая мне все время мозолила глаза! (смеется) И в очередной раз, когда я пришла в гости к Елене Антоновне, я просто взяла эту кассету послушать,и уже … слушала ее очень долго. Вот интересно сначала услышать человека, потом увидеть, потому что образ никогда не совпадает! Никогда! Я тоже себе представляла совсем другого человека, и в какой-то момент я поняла, что всё, я без этих песен жить не могу, я наберусь наглости, позвоню человеку и скажу: «Я хочу петь ваши песни…» Пусть меня пошлют… Скажут: знаете, вы не по адресу, девушка… и вообще… Я на самом деле так и не рискнула позвонить… Ну вот, а когда мы приехали с Верой на концерт (смеется)… Бывает, наверное, такое, намагниченное пространство между людьми, и когда мы вышли в этот круг, все – покурить, а мы, как бы рядом постоять, и когда пришла Таня, я вдруг поняла, что это она… Хотя она совершенно была… совсем другой образ … И в какой-то момент я на всякий случай спросила – не Таня ли она Алёшина, – оказалось, она…

Н. ЯКИМОВ – На кассете фотографии не было…

Е. ФРОЛОВА – Какая !… просто кассета… обыкновенная

Е. КАМБУРОВА – Неофициально выпущенная, поэтому…
Е. ФРОЛОВА – Песни предназначались, я так понимаю, для исполнения Елены Антоновны… Но вот, пришлось Тане петь самой, в результате… вот такая история. А потом, действительно, как-то так сложилось, что … когда Саша с Колей придумывали всю эту историю нас, выпавших из гнезда, хотя мы никогда не были в гнезде КСП, но тем не менее, как-то в этих фестивалях вращались и знакомились с интересными для себя людьми, которых, в общем-то мало было в общей массе… Ну мне чужды .. .песни … сам образ этой туристической жизни… не совсем моё, но, тем не менее, как-то так получилось, что именно там я нашла вот своих людей, например, Сашу, Колю… Сашу, скорее… А с Колей Саша познакомил… И вот Саша как-то так нас всех перезнакомил, и потом… Знаете, такие вещи, как знакомство с человеком, они происходят сами… Что вот именно мы вчетвером попали в эту идею, в поле… Наверное, где-то уже создавалось это пространство, а потом, значит, попало к Коле в голову… У него самый открытый канал оказался (смеется)… и уже к нам попало. Вот такая история.

Н. ЯКИМОВ – Саша! Скажи что-нибудь обо мне. Ты третий, по-моему, вытягивал.

АЛЕКСАНДР ДЕРЕВЯГИН – Ну, с Колей Якимовым познакомились, я точно помню когда – это был август 79 года. Потому что я тогда поступил в челябинский политехнический институт и сразу пошел записываться в вокально-инструментальный ансамбль. И меня туда не взяли, за то, что я не умею играть на гитаре… Тогда я пошел в КСП. Вот. И меня туда взяли и, более того, взяли сразу в институтскую агитбригаду, потому что все мэтры и зубры… тогдашнего КСП ЧПИ были на военных сборах. И у директора клуба, у Оли, была страшная проблема – кого же посылать на картошку песни петь студентам. И меня взяли в эту агитбригаду. всё было замечательно, потом приехали зубры – Николай Якимов, Павел Жуков, Юрий Бендитович – устроили Оле скандал, что они взяли вообще какого-то невнятного молодого человека, который не умеет ни петь, ни играть, ничего… Резко мне сказали, что ты будешь петь одну песню, вот эту… Я пел эту песню, с трепетом смотрел на старших товарищей, просто с восторгом и трепетом… Так продолжалось год. Через год Николай Якимов, Юрий Бендитович и Павел Жуков приняли решение об отчислении меня из КСП за бесперспективность. Потому что сидит какой-то губатый молодой человек в углу, пьет водку, молчит, ничего не поёт и… непонятно – что с ним делать. Вот. А тут случись какой-то отчетный концерт, на котором я, молчавший всё это время, спел песню Коли Якимова и Ланцберга, по-моему. И мэтры меня признали, и мэтры меня гладили по голове и говорили: «Ну ладно, не будем тебя выгонять.» Вот. А после этого с Колей мы работали вместе в геофизической партии: я работал техником-геофизиком, а Коля работал инженером-геофизиком. Работали вместе на заводе, на участке малой механизации. Я работал слесарем, а Коля –мастером. (смех) Вот. Мы работали вместе еще в театре кукол: я работал старшим машинистом, Коля – заведующим музыкальной частью. (общий смех) Так что нас очень многое связывает, и в следующем году будет 25 лет нашему удивительному союзу. Вот.
Да, теперь Коля арт-директор, а я – звукорежиссер. (бурный смех в зале) Он меня ругать всё время будет теперь.

Н. ЯКИМОВ – Спасибо большое…

А. ДЕРЕВЯГИН – Он очень талантливый… красивый…

Н. ЯКИМОВ – Спасибо, Саша, я очень много о себе узнал… нового. Ну ты рассказал всю историю нашего знакомства, а я хотел бы просто… сказать о Саше Деревягине, как … Да, Елена Антоновна сказала, как представить нас –– личности… Это , действительно, так. Я могу сказать обо всех, сидящих здесь. А если говорить о Саше, конкретно, то …то, что делает Саша в творчестве, в песнях… и в звукорежиссуре, никто … больше такого не делает…Я не говорю – хуже или лучше – просто он единственный в своем, выбранном направлении творчества. Я очень ценю его… интонацию, музыку… и…очень умное, интеллигентное отношение к слову, к звукорежиссуре. Недаром половина дисков наших…он работает очень медленно, но тщательно, и я, наверное, не открою тайну, скажу, что его звукорежиссура на наших дисках самая лучшая… из всех, изданных нами… Спасибо тебе большое.

А. ДЕРЕВЯГИН – Спасибо тебе, Коленька.
Н. ЯКИМОВ – Все мы разные, абсолютно разные. Мы ни в коем случае не квартет, и даже тот диск, который мы записали, это не квартет. И нас тянет постоянно… мы даже не лебедь, рак и щука, а еще и телега кто-то из нас иногда…(Деревягину) Наверное, ты, да?

Е. ФРОЛОВА – Деревягин!

Н. ЯКИМОВ – Деревягин, да. (Саша смеется) Вот. По определению (смеется). Но, чуть ли не единственным человеком, который нас всех связывает… не дает нам разбежаться, как сейчас модно говорить, виртуально не дает разбежаться…– это Елена Антоновна Камбурова … Вот. И я хотел бы сейчас… Мы можем много говорить каждый о наших каких-то мимолетных встречах, у Лены с Таней их было больше, у нас с Сашей поменьше, но все мы так или иначе были связаны… в творчестве и даже в каких-то материальных воплощениях этого знакомства…

Е.ФРОЛОВА – Я хочу еще добавить, что… у нас редко получается как-то так поговорить, потому что за чаем как-то странно говорить, что вот, вы знаете, на самом деле… то, что я так слышу или так пою, или так интонирую, в общем-то, продолжение того, что делаете Вы, Елена Антоновна… Потому что … вот, открытие … человеческой интонации, человеческого голоса…оно, казалось бы, на поверхности, но в общем-то никем не было произнесено, воплощено, материализовано именно через голос, через слово… И поэтому все мы …идем вашим путем, вслед за Вами.

Т.АЛЁШИНА – Можно я еще просто чуть-чуть добавлю. У меня было потрясение очень сильное, когда я первый раз попала на Ваш концерт. Такого рода, что … то, о чем я начинаю только думать… или хорошо бы было что-нибудь… оно уже всё (смеется) уже просто реально существует… Я совершенно не ожидала… И ощущение ну такого родственного мира… я была потрясена своим открытием, причем только живой концерт… то есть, до этого я слышала и записи, и видела по телевизору передачи… И получается ситуация у нас такая сегодня, что на свой праздник .. мы не могли не пригласить Елену Камбурову… просто… Вы – единственный человек, действительно… мы примыкаем к этому пространству…

Е. ФРОЛОВА – Мы идем за вашим факелом!

(аплодисменты Елене Камбуровой)